главная

все новости

история

шаманство

статьи

магазин

 история в лицах

май 2006


  Шаман Эльвиль

С шаманом Эльвилем Олардом Диксоном, известным исследователем и автором книг, посвященных культуре, истории, традициям шаманизма и преподавателем и исполнительницей северного танца Шончалай Ховенмей разговаривала ведущая философских бесед Медитативного центра «Храм Человека» Радда.

Эльвиль Олард Диксон: Со мной все сложно. Моя мать родилась в одном из поселков близ священной реки Молога там, где по преданию находятся Врата рая. Отец родом из Дикого Поля, из приказахских степей. В моем роду были марийцы, татары, одна из бабок — карелка, сестра — киргизка, жена — хакасская тувинка. Приобщался к духам я у шамана, который был коряк керекского происхождения. Посвящение, или обряд передачи духов я проходил у тувинских шаманов. Иван Ядне, мой побратим, ненецкий шаман.

Радда: Эльвиль, что такое шаманизм, почему в настоящее время он вызывает такой интерес?

Эльвиль: Шаманизм — это самая древняя религия человечества. Основной пласт шаманизма связан с религиозной системой, в которой шаман действовал как посредник между духами и людьми. Шаман всегда выполнял роль служителя культа: обслуживал святые места, давал имя ребенку, лечил болезни через вхождение в транс, через камлание. Сама функция шамана была в первую очередь ритуальной. Например, родился странный теленок, нужно было понять, почему он такой родился, может быть его нужно принести в жертву духам.
А сейчас все не так, особенно в городе. Если поехать в Сибирь, то там еще можно встретить и обслуживание святых мест, и камлание в честь рода, чтобы род процветал, чтобы много было скота. Но если посмотреть на шаманизм, который существует в Москве, например, в Берлине или в Нью-Йорке, то это будет совсем другой шаманизм. Это форма, адаптированная к запросам обычного западного человека. Шаманизм сейчас очень сильно модифицировался.

Радда: С чем же это связано?

Эльвиль: Дело в том, что раньше запросы у людей были другие. Возникали вопросы, которые сейчас вообще не имеют места. Изначально шаманизм существовал не для того чтобы чего-то конкретного достичь, а ради шаманизма как такового, как и современное христианство. Сейчас такой подход: «Я буду выполнять такую-то практику и эта практика должна мне что-то дать». В шаманизме изначально такого не было. Существовало выполнение практики ради самой практики, а не ради достижения какого-то конкретного результата. Вот в этом и есть самое главное отличие современного шаманизма городского типа от настоящего шаманизма, который существует до сих пор в той же Тыве. Люди приходят ко мне учиться, чего-то ищут, а шаманами из них практически никто не становится. У меня за все время было около 170 учеников, шаманом из них мало кто стал, человека три.
Шаманизм стал модным в 1993 году, когда вышли книги Карлоса Кастанеды. Потом появилась книга Майкла Харнера «Путь шамана». Возник интерес к шаманской культуре, но западного образца, городского склада. Харнер представил именно городскую модель шаманизма. На эту модель и был спрос. На фоне этих книг поднялся интерес к народам Сибири, крайнего Севера и вообще к азиатским народам, к их традиционной культуре. Но практика показала, что это разные шаманы, с совершенно отличными взглядами, и между ними мало общего.

Радда: Так что же такое городской шаманизм?

Эльвиль: По большому счету — это самодеятельность. В шаманизме два пути, два совершенно разных направления. Есть путь, когда шамана избирают духи, а есть, когда человек этих духов избирает сам в результате какого-то умозаключения. Человек покупает книги и становится городским шаманом. При этом ему вообще ничего не нужно, в том числе и посвящения. Это очень странное явление. Городской шаман существует сам по себе, для него нет авторитетов. Много нелепостей создается городским шаманством. Такое происходит не только в Москве, но и в Новосибирске, и в Красноярске, то есть, в «русских» регионах, где люди не знакомы с традициями, не уважают посвященных. Они руководствуются правилом: что хочу, то и леплю. Как им кажется, так они и делают.

Шончалай: Ладно бы они называли себя шаманами и следовали идеям шаманизма, но ведь они все в одну кучу сгребают: и буддизм, и христианство, и еще что-то, пользуясь тем, что удобно в данный момент. Часто, в поле зрения СМИ попадают именно такие псевдошаманы, по ним складывается мнение обо всех. А шаманом надо родиться.

Радда: Эльвиль, расскажи немного о себе.

Эльвиль: У меня долгая история. Я получил посвящение, и шаманская болезнь у меня была. Врачи поставили предварительный диагноз — малярия. Я был в бреду, потом пришли духи, и малярия прошла за один день. После этого я больше никогда к врачам не обращался. Потом поехал на Север с шаманом Кочапом Тыкентекьевым и какое-то время жил там, получил приобщение к миру духов. Создал в Москве Общество исследователей протокультуры «Мезосознание?». Прошел обряд посвящения в шаманы и передачи духов от тувинского шамана Николая Мунзуковича Ооржака. Потом, вместе с ненецким шаманом и мастером арктических боевых искусств в стиле хохорэй мин Иваном Кылаловичем Ядне организовал Объединение шаманских кланов Ворона и Малого Лебедя «Хохорэй-Кутх». По рекомендации верховного шамана и пожизненного президента всех тувинских шаманов Монгуша Бораховича Кенин-Лопсана стал членом первой в России Организации шаманов «Дунгур» (Республика Тыва, г. Кызыл). Вообще-то, шаманом я быть не хотел, меня духи выбрали. Тот, кто понимает, не стремится стать шаманом, потому что ничего хорошего в этом нет. Очень трудно быть шаманом в традиции, потому что иногда есть очень хочется, а работать в другой области шаман часто не может. Он должен своим шаманством зарабатывать себе на жизнь. Кроме того, есть масса всяких табу, запретов, которые он обязан соблюдать, иначе к нему вернется его болезнь, которую он когда-то пережил. Если будет нарушение правил, шаман заболеет и очень быстро умрет. Кто же этого захочет? Иногда случается и такое, что человек всю свою жизнь был мужчиной, а духи пришли и сказали, что ему надо быть женщиной. И ничего с этим не поделаешь: либо умри, либо выполни. Это очень большая ответственность.

Радда: Шаманы большие индивидуалисты и они не склонны к объединению, насколько я знаю. Почему это происходит?

Эльвиль: Правильно, объединение шаманов — это нонсенс. Раньше шаман охранял свою территорию: вот моя деревня, мое место сюда не суйся, иначе будет плохо. Охранял, в том числе и от других шаманов. Но это было давно, еще до СССР. Сейчас время такое, что шаману одному очень трудно выжить. Поэтому шаманы и стали объединяться. Шаманизм — официально зарегистрированная религия. Он стал традиционной религией республики Тыва, а значит, и России тоже, потому что Тыва — это часть России. Шаманы получают пенсию по достижении определенного возраста. Существует совершенно официальный шаманский профсоюз. Объединение шаманов — это политическая и экономическая необходимость. В Тыве много таких шаманских организаций создано за последнее время, только в Кызыле их пять. Один «Дунгур» объединяет человек 600. Это веяние времени, во всем мире происходит объединение шаманов. В Америке, например, есть Церковь коренных народов, которая объединяет огромное количество шаманистов. Для малых народов это просто способ выживания. Ведь носителей шаманской традиции осталось не много. Они встречаются на конференциях, выступают от лица своего народа, от своего клана, отстаивают интересы обычных людей. В прошлом году такая конференция по шаманизму проходила в Китае. Подобные мероприятия есть и в Монголии, и в США, и в Финляндии, и в Венгрии. Нередко, внутри шаманских обществ происходит раскол, разлад, отдельные члены друг с другом не ладят. Но, тем не менее, сейчас шаманизм стал интернациональным и в настоящее время возрождается. Чукотский шаманизм, тувинский или африканский — это разные вещи, они похожи в своем корне, в основании, но противоречат друг другу на периферии. Одним, например, можно пить водку, а другим нельзя. Одни шаманы водкой духов кормят, а другие нет. Бурят с тувинцем никогда ничего общего не найдет, у них разная космогония. У одних страна мертвых в одной стороне, а у других — в другой, и, соответственно, камлания различны. Ведь шаманизм, прежде всего, имеет ритуальную форму, обрядовость. У каждого народа есть свой собственный взгляд на то, как этот обряд должен выглядеть и на то, как шаман отправляет душу умершего человека в загробный мир. Каждый народ, и, более того, каждый род этого народа, делает это по-разному. Но в настоящее время, есть тенденция к объединению. Вот в этом году был проведен очень интересный обряд: бурятский шаман посвящал удэгейца. У удэгейцев не осталось того, кто мог бы дать такое посвящение. Тогда призвали бурятского шамана, и он проводил обряд. Меня также приглашали проводить обряд посвящения для ненецкого шамана. Да, это единичные случаи, но тенденция такая есть. Я думаю, что если объединение шаманских традиций и произойдет, то никак не раньше, чем через 30 лет.

Шончалай: В связи с этим могу сказать, что когда это случится, то многие особенности, присущие какому-то конкретному роду, сгладятся. У одного рода такой обряд захоронения, у другого рода — другой. Все станет более или менее однородным.

Эльвиль: Но, пока живы носители традиции, пока не уйдут в мир иной последние представители тех, кто знает, как оно на самом деле было, например, бабушка Анбус, традиции останутся. Анбус Чаптыкова — известная в прошлом шаманка, ей сейчас 87 лет, старейшина рода Ах Хасха — Белая Кость. Она приезжает с костылями на собрание рода и смотрит, как все проходит. До тех пор пока эти оплоты старой жизни есть, ничего не изменится. Потом, когда их не станет, начнется брожение, которое может продлиться несколько десятилетий, а потом это уже выльется во что-то. Сейчас тувинский шаманизм существует в единой форме только благодаря Кенин-Лопсану. В Сибири и шаманизма не было бы, если бы он не организовал Первый съезд шаманов, не собрал бы в Тыве оставшихся стариков шаманов, не учредил бы общество «Дунгур» (Бубен), которое стало первым официальным обществом шаманов в России. Благодаря этому человеку шаманы поднялись, и профсоюз шаманский образовался. А потом и другие народности подтянулись. Возникли объединения шаманов в Бурятии, в Хакассии, на Алтае, в Якутии, но самым первым это сделал Монгуш Борахович Кенин-Лопсан. Он всех сплотил, учредил одно общество, потом другие, которые возникли уже после «Дунгура». Он написал настоящую Библию шаманизма. Кенин-Лопсан вообще очень известный человек, он признан «Живым сокровищем шаманизма». Этот титул был присвоен ему в Калифорнии профессором Майклом Харнером, основателем Центра шаманских исследований. В мире только три человека носят этот титул, и один из них уже умер. Кенин-Лопсан является доктором исторических наук, профессором, членом Академии наук в Нью-Йорке. Это очень образованный, культурный человек. В СССР он занимался этнографией, его тогда притесняли, его книги не издавались. Сейчас он старый человек и что будет после него, я не знаю. Скорее всего, будет развал. Он уже сейчас начинается. Это то, что касается традиционного шаманизма.

Радда: Теперь такой вопрос. Существуют ли моральные заповеди у шаманов? Что шаман не преступает ни при каких условиях?

Эльвиль: Это очень сложный вопрос. Здесь все очень индивидуально и зависит от того, какие духи дали ему посвящение. У каждого шаманского клана есть свои моральные законы, иногда радикально противоположные. Например, шаманы ирка-ляуль, которые по воле духов перевоплотились из мужчин в женщин. Это очень серьезная категория шаманов. Такие шаманы пользуются уважением. Напротив, когда человек выбирает трансвестизм самостоятельно, то становится изгоем в обществе и спит вместе с собаками. Существуют «36 НЕ шамана», которым шаманы пытаются следовать, но это уже чисто клановые устои. У кого-то одни правила, у другого — другие. Именно поэтому и существует так много разных объединений шаманов, которые во многом противоречат друг другу и по жизни, и по характеру. Например, шаман Николай Ооржак не пьет спиртного, а есть шаманы, которые очень много пьют и не считают это не правильным. Есть шаманы, употребляющие наркотики, есть те, кто ими не пользуется принципиально. Как я уже говорил, все зависит от того, какие духи, дали шаману посвящение. Есть духи Воды, есть Солнца. Например, если посвящение получено от духов Солнца то значит, шаман болел оспой. При этом формируется некоторое предопределение, солнечное в данном случае. Шаман может лечить только те болезни, духи которых участвовали в его посвящении. Чтобы от духов была помощь, шаману нельзя делать какие-то пять, предположим, дел или есть определенные продукты. А у рядом стоящего шамана будет все по-другому. Вот был такой известнейший в прошлом шаман племени сиу по имени Неистовая Лошадь, один из лидеров восстания сиу. Он считался непобедимым, его не брали пули и стрелы. Неистовая Лошадь получил предсказание, что будет сильным до тех пор, пока при приготовлении его пищи не будут использоваться металлические предметы: ложки, котелки. Но он взял себе третью жену, и молодая женщина приготовила ему пищу железными орудиями. В первой же схватке между сиу и американцами шамана убили. У каждого шамана есть свое табу, даже относительно пищи.

Радда: Давайте поговорим о правилах, по которым вы живете.

Эльвиль: Я алкоголь не употребляю. Как стал шаманом, так и не употребляю. Он мне мешает.

Радда: А какие болезни вы лечите? В каких случаях беретесь помочь, а в каких нет?

Эльвиль: Если человек действительно хочет лечиться, я за него берусь. Большинство людей, которые приходят, лечиться не хотят. Они любят говорить о своей болезни, это делает их исключительными, они даже собираются по интересам и обсуждают свои болячки. А если человек действительно хочет что-то изменить в своей жизни, то за такого стоит браться. И все опять-таки, зависит от характера его болезни и его желания. Шаман, на самом деле, никого не лечит, а дает силу для того, чтобы человек вылечился. А выздоровеет он или нет, зависит от самого человека. Вот я алкоголиков никогда лечить не буду. Потому что алкоголизм такая вещь, которую человек сам выбирает. Он идет к этому сознательно, ну и пусть идет — это его путь. А вот наркоманию я лечу и успешно. У каждого шамана свои представления о том, какие растения использовать, а какие вещества не использовать вовсе. Даже окуривание один шаман производит можжевельником, другой — чабрецом, третий — полынью.

Радда: К какой традиции вы принадлежите, от кого приняли посвящение?

Эльвиль: Со мной все сложно. Моя мать родилась в одном из поселков близ священной реки Молога там, где по преданию находятся Врата рая. Отец родом из Дикого Поля, из приказахских степей. В моем роду были марийцы, татары, одна из бабок — карелка, сестра — киргизка, жена — хакасская тувинка. Приобщался к духам я у шамана, который был коряк керекского происхождения. Посвящение, или обряд передачи духов я проходил у тувинских шаманов. Иван Ядне, мой побратим, ненецкий шаман. Поэтому в своих книгах я представляю синтез шаманских традиций. Я считаю, что такой подход сейчас и нужен, потому что рано или поздно шаманизм все же придет к согласию, к формированию единой философии, выявлению общего, будь то у тувинцев, у чукчей, у африканцев.
Чем-то похожим занимался известный исследователь Мирча Элиаде, написавший книгу «Шаманизм, архаические техники экстаза». В каком-то смысле я продолжаю его работу по синтезу шаманских традиций. В ходе исследований выявился древний протопласт, когда шаманизм был однороден на всей территории Земного шара. Это потом одни народы пошли на север, другие на юг. Древняя модель начала расслаиваться, впитывая те или иные условия жизни.

Шончалай: В дополнение хочу сказать, что ценность книг Эльвиля в том, что ему удалось объединить разрозненные знания, которыми веками владели шаманы различных традиций. Эта система очень близка всем шаманам вне зависимости от национальности. На нее легко ложатся местные взгляды, национальные и родовые знания. Я думаю, что у Эльвиля уникальная подача материала, объединяющая различные традиции.

Радда: А чем вы занимаетесь в настоящее время?

Эльвиль: Индивидуально обучаю шаманским техникам. Без рекламы. Кому это действительно нужно, тот найдет. Проводится работа в Обществе исследователей протокультуры «Мезосознание?», которое занимается вопросами шаманизма и традиционных религий Крайнего Севера, Сибири и Дальнего Востока. Совершаются экспедиции, производится запись фольклора. В прошлом году во время летней экспедиции по Хакассии и Тыве было собрано около 100 неизвестных шаманских текстов. Это сказания о древних шаманах, о святых сакральных местах, о духах. Есть также Театр шаманских мистерий «Камлат-кам», издается журнал. Сейчас мы с Шончалай готовим новый проект: школа северного танца и психоэнергетики «Танцующий Кутх». Танец — это основа, на которую будут накладываться элементы шаманского содержания. В ансамбле «Камлат-кам» мы занимаемся постановкой шаманских мистерий. Это реконструкция мистерий XVIII — XIX вв. Естественно, они короче, потому, что реально мистерии проводились в течение всей ночи, а то и нескольких дней. Но сейчас, к большому сожалению, это направление не востребовано. В мистериях применяется много уникальных музыкальных инструментов, например чатхан. Чатхан — это 1,5-метровый ящик со струнами, имеющий очень красивый звук. Хороший чатхан стоит у мастера около 1000 долларов. Также применяются хомусы, моринхуур, бубны, топшуур, ксилофонная установка, поющий лук. Когда-то мы ставили и шаманские трюки, например, отрезание языка, протыкание тела стрелами. Сейчас мы планируем сделать мистерию «Хаджа-Хан — легенда о великом фаллосе», на основе сакрального фольклора тувинцев, хакасов, кетов и других народов Сибири.

Шончалай: Мистерии были для древних людей единственным способом получения информации о древней истории и культуре своего народа. Из мистерии люди узнавали о мире и его законах. Мистерия воспринималась чувствами, оседала где-то внутри. Каждый слушатель в глубине своего сознания участвовал в действии, экстатически перевоплощаясь то в богатыря, то в шамана, то в духа. Происходила передача лучших навыков и лучших традиций. Это было кино и книга одновременно — источник информации, передача культурных и морально-этических законов. Человек узнавал, что такое хорошо и что такое плохо, учился на ошибках других. В наше время восприятие сказки утеряно. Только дети способны буквально чувствовать сказку, для них все персонажи живые. В городе дети рано «взрослеют» и перестают жить в сказке.

Эльвиль: Цикл мистерий начинается с весеннего равноденствия. Мистерии — это прикосновение к Духу, прикосновение к самому важному в шаманизме, к тайне бытия. Зрители могут стать участниками, а участники — зрителями. Все вовлечены в этот процесс: здесь и конкурсы, и соревнования, и сватовство. Происходит приобщение к миру духов, к сакральным представлениям. Мистерии устраиваются для того, чтобы следующий год был хороший, чтобы было здоровье, посетила удача. Мистерии — это важнейшая часть древней культуры, а сейчас — необходимое условие для самоопределения и развития малых народов России. Современный человек, особенно горожанин, оторванный от природы, утратил связь с миром живой природы, он гонится за материальной выгодой и не верит в духов и заклинания. Однако они существуют, стоит только захотеть, и можно почувствовать, что все вокруг живое. Деревья и реки, дороги и дома, все имеют свой характер, свою индивидуальность. Можно пообщаться с духом леса и озера. Только не надо думать, что сознание горной реки и горы сходны с сознанием человека. Это другой мир. Он живет и развивается по своим законам, а когда человек грубо вмешивается в эту жизнь, не прислушиваясь к тому, что говорят духи природы, он наносит непоправимый вред всему живому организму Земли. Шаманизм, как никакая другая из религий, обращает человека к живой Природе, к пониманию того, как мы все связаны с ней.
 

Вернуться назад

Автор: Радда
www.wop.ru

 

главная

все новости

история

шаманство

статьи

магазин

All Rights Reserved. Все права защищены.
etnografia@list.ru
© 2007-2009

Rambler's Top100